Побочный продукт

Алексей Веселовский

  • 09 октября 2018
  • 420
  • Андрей Бисти, Юрий Гордон. Композиция №29. 2017. Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB
      Композиция №29. 2017
      Андрей Бисти, Юрий Гордон
      Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB

    На Второй Новосибирской триеннале графики я представил проект, собранный из пробных оттисков произведений художников, которые в разное время работали в Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB. Технология шелкографской печати позволяет нанести неограниченное количество печатных слоев с разных форм на один и тот же лист бумаги.  Сочетания графических фрагментов работ разных авторов на одном листе приводят к интересным пластическим результатам. Кроме того, они побуждают к размышлениям о месте печати в творчестве современного художника и о самой сути медиума печатной графики, которыми я хотел бы поделиться.

    Вся эта история длится уже много лет. Я заметил, что подобными вещами занимаются во многих печатных студиях во всем мире. Пробные оттиски давно перестали выкидывать. Их часто коллекционируют, иногда используют в дальнейших работах. Я решил придать им законченность и перевести их в новое качество полноценных произведений.

    Но по порядку.

    Медиум печатной графики сложен и противоречив. Сложно осознать и объяснить, как оригинал произведения может существовать сразу в нескольких тиражных оттисках. Магия печати состоит еще и в моментальном отчуждении готового результата от автора. То изображение, что существует на печатной форме, имеет прямое и непосредственное отношение к художнику. Это след его руки, плод работы сознания и воли. Но результат, который получается на оттиске, живет по своим законам. Его можно сравнить с полетом стрелы, которая направлена и пущена лучником, но в полете уже совершенно независима от его желаний и усилий.  Еще интереснее, когда в печати что-то идет не так и выходит случайность, именуемая браком. Хотя чаще всего это не брак, конечно, а итог, по каким-то причинам не устраивающий художника. Тот результат, когда его воображаемая стрела не достигла воображаемой цели.

    Я утверждаю, что энергетическая составляющая отпечатка кардинально изменяется в процессе печати, при переносе краски на бумагу. И она совершенно не зависит от энергии, приложенной автором к печатной форме. Это то, что я называю магией оттиска. Наверное, это и есть основная, непостижимая тайна, которая притягивает художника к печатному делу. Поэтому коллективная магия, когда в творческом процессе задействовано сразу несколько авторов, начинает напоминать спиритический сеанс. Как и на мистических церемониях, здесь не всегда понятно, какого духа получится вызвать совместными действиями, совместив оттиски с разных печатных форм разных авторов в единый многослойный палимпсест.

    Печать как медиум для современного художника невозможно представить без печатных студий - центров, где происходит встреча художника с технологией. Работа художника со специалистом-печатником и раньше была важной составляющей в процессе создания графических произведений. Нам известны знаменитые издания, отпечатанные в студиях Фернана Мурло и Роже Лакурьера, но эти мастерские все-таки были в большей мере печатными производствами, чем творческими лабораториями.

    Вера Митурич-Хлебникова, Роман Литвинов, Кира Матиссен. Композиция №11. 2015-2017. Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB
      Композиция №11. 2015-2017
      Вера Митурич-Хлебникова, Роман Литвинов,
    Кира Матиссен
      Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB

    Коллаборативная печать — понятие, введенное в обиход в конце ХХ столетия в Северной Америке, где печатная графика стала важной частью общего художественного процесса и арт-рынка.  Само название подразумевает, что в процессе создания произведения с автором коллаборирует, сотрудничает мастер-печатник. Это позволяет более полно раскрывать возможности техники и решать художественные задачи. Работа в коллаборативной печатной мастерской предполагает взаимодействие с полупромышленным способом производства. Здесь используются технологии и приемы, которые недоступны в большинстве случаев, если обратиться к ним самостоятельно, без технической поддержки. 

    Но тут появляется еще один аспект. Часто художник размывается за тиражом, обезличивается техническими взаимодействиями с печатником, краской и запечатываемым материалом. Личность автора исчезает из оттиска без подписи, если он не входит в число заявленного контрактного тиража.  А пространство мастерской и печатная рутина сами по себе становятся авторами произведения.

    Такое возможно только в студийной работе. Только когда у печатного станка кипит жизнь и постоянно меняются действующие лица.

    Развитие цифровых технологий привело к тому, что тиражные репродукции становятся доступным и общим местом. Одним из знаковых явлений можно назвать то, что сегодня для графиков тиражирование оказывается менее востребованным аспектом творчества. Все чаще мы видим печатные произведения, созданные лишь в единственном экземпляре или в виде набора авторских проб. Их так и обозначают в сигнатурах — AP (authors proof). И если раньше эти экземпляры составляли меньшую часть тиража и были отражением технических и творческих поисков, то сегодня они могут заменить собой собственно тираж. Процесс становится в такой же мере важным, как и мультиплицированный конечный результат. Пруф (пробный отпечаток) переходит в новое качество побочного продукта.  Это не бракованный оттиск, но и не работа, с которой художник согласился в качестве итоговой. Это состояние. И вот, рядом, на поверхности того же листа на следующий день появляется опечаток работы другого художника. Потом третьего. Многие наложения и композиции случайны. Что-то сознательно допечатывалось сверх основного тиража для проекта.  Какие-то работы были спасены из отложенных сначала по разным причинам листов. Мы практически никогда не знали, что получится в итоге. Лист считается законченным, когда становится очевидным пластическое завершение диалога авторов, которые в нем участвуют. Иногда это может быть очень долгий разговор. А иногда в беседу совершенно неожиданно может вступить новый участник. И так длится до тех пор, пока печатник, а иногда случай, не остановят этот процесс.

    Юрий Ващенко, Борис Матросов. Композиция №9. 2016-2017. Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB
      Композиция №9. 2016-2017
      Юрий Ващенко, Борис Матросов
      Собственность Лаборатории экспериментальной печати ПиранезиLAB

    На оттисках, представленных в проекте «Побочный продукт», в одном листе могут совмещаться фрагменты или целые работы двух, а иногда пяти или более авторов. Шелкография позволяет нанести на бумагу бесчисленное множество слоев. Один автор — один слой. Иногда получается диалог, а иногда многоголосый хор. Перед зрителем встает серия современных палимпсестов — напластования различных изображений и образов, которые рядом друг с другом начинают менять свою пластику и смысл. Все это — неслучайно подобранные пробные отпечатки, которые соседствуют и начинают рассказывать подчас больше, чем в тех случаях, когда они существуют в авторских произведениях.

    В выставке приняли участие и дали согласие на экспонирование своих оттисков в таком виде художники, которые работали в Лаборатории эксперементальной печати ПиранезиLAB в разное время над разными проектами. Многие авторы даже не догадывались о существовании друг друга. Поэтому в листах сталкиваются совершенно несопоставимые вселенные и творческие методы. У этих произведений нет названий. Я их начал называть композициями с порядковыми номерами по мере их появления и фиксации конечного состояния.

    Участники проекта: Юрий Ващенко, Алексей Веселовский, Василий Власов, Мартин Вудли, Куки Иваньски, Егор Гаранин, Петр Герасименко, Юрий Гордон, Иван Горшков, Андрей Логвин, Никита Макаров, Игорь Макаревич, Борис Матросов, Кира Матиссен, Александр Панкин, Михаил Погарский, Леонид Тишков, Маша Титова, Вера Хлебникова, Игорь Шелковский, Александр Юликов. Куратор: Алексей Веселовский. Печатники: Алексей Веселовский, Никон Филиппов.